Обитель Джека Потрошителя, 2008

22
18
20
22
24
26
28
30

Только я собралась осуществить свое преступное намерение, как из гостиной выплыла Диана. Посмотрев на меня, как на насекомое, она отвернулась к зеркалу и принялась подкрашивать свои вытянутые в ниточку губы помадой. Стиснув зубы, я двинулась вперед, вцепившись дрожащими руками в поднос.

И я бы дошла. Но в эту минуту свершилось непредвиденное: Баська сумел открыть незапертую дверь в ванную и, вырвавшись из плена, стрелой метнулся мне под ноги. Слабо охнув, я выпустила из рук поднос. Он медленно накренился набок, посуда съехала к краю, а потом все это с грохотом обрушилось на пол. Во все стороны разлетелись фарфоровые черепки, но не это самое страшное! Красиво взметнувшийся вверх маленький гейзер свежезаваренного крепкого чая попал точнехонько на рукав белоснежного платья Дианы, по которому моментально расползлось коричневое пятно.

«Сейчас она меня прикончит. И будет совершенно права!» – подумала я с ужасом, представляя цену испорченного эксклюзивного платья из ангоры в долларах, так как в рублях цифра должна была быть просто астрономической. На шум из гостиной посыпались гости. Все уставились на меня и обозленную Диану, глаза которой метали громы и молнии. Я почувствовала, как мои щеки заливаются краской.

– Простите меня, – пробормотала я, обращаясь к Диане и бросаясь собирать черепки.

– Ничего страшного, сейчас быстро замоем пятно холодной водой! Ничего не останется, – бросилась на выручку Наташка. Она подхватила Диану под руку и почти силком поволокла в ванную. Игнорируя мое присутствие, Диана гордо прошествовала мимо, торжественно неся впереди себя высоко поднятую руку с обезображенным рукавом.

Я шарила руками по полу, чувствуя, что все смотрят на меня. Щеки пылали. В ту минуту мне хотелось провалиться сквозь землю, так мне было стыдно. Вдруг в поле моего зрения попали еще чьи-то руки. Руки были мужскими, очень красивой формы, краешек белоснежной рубашки, выглядывающий из-под рукава, не оставил у меня сомнений в том, кто именно решил прийти мне на помощь. Я в изумлении выглянула из-под своей челки и встретилась со смеющимся взглядом серых глаз того самого парня, которого определила в Дианины секретари. Краска на моих щеках стала гуще, превратившись просто в пожар в джунглях. Остальные суетились вокруг Дианы, но тот, в чьи обязанности это входило по регламенту, отобрав у меня поднос, сидел рядом со мной на корточках и собирал с пола остатки чайного сервиза.

– Это Баська бросился мне под ноги, – непонятно зачем стала оправдываться я. – Мне так жаль.

– Ничего. Диана как-нибудь переживет потерю, – ободрил меня парень.

– Она была в ярости, – робко напомнила я.

– Она забудет об этом, – сказал он, усмехнувшись, и добавил: – Лет через сто.

Я тихо охнула, а он спросил:

– Тебя как зовут?

– Агнешка, – машинально ответила я, убирая челку со лба тыльной стороной руки. Тут я заметила его удивленно приподнятые брови и пробормотала скороговоркой: – Я знаю, это редкое имя, но моим родителям оно почему-то нравилось.

Он взъерошил свои густые, тщательно причесанные волосы, отчего стал похож на обыкновенного мальчишку, и широко улыбнулся.

– Забавное имя. – В его голосе мне послышалось одобрение. – И сама ты тоже забавная. Вся такая из себя серьезная, но все равно миленькая. Как ягненок. Агне-ешка… – протянул он, слегка склонив голову набок и глядя на меня смеющимися глазами.

Я слегка нахмурилась. Начинается… И этот туда же! Еще немного, и он начнет называть меня «милашкой». Поскольку такой поворот событий устраивал меня меньше всего, я набралась наглости и спросила:

– А тебя как зовут?

Прежде чем ответить, он пригладил рукой волосы, шутливо кивнул головой, коснувшись груди подбородком, и сообщил с широкой улыбкой:

– Андрей Горич. Прошу любить и жаловать. Тот самый парень, что подбирает с пола битую посуду.

Я засмеялась, но веселье мое продолжалось недолго.