– Холод, оставь… – начал песчаный.
Но ледяной дракончик уже тащил Луну по коридору прочь от дымной пещеры. Вихрь с Кинкажу бросились вдогонку.
– В чём дело? – удивлённо спросила Луна, даже не пытаясь сопротивляться. Казалось, плечо и вся лапа вмёрзли в лёд, а мысли дракончика сверкали и слепили глаза, так что различить можно было лишь вспышки гнева, который и так был заметен по его свирепой гримасе.
– Сюда! – скомандовал он, вталкивая её в узкую тёмную пещерку с высоким потолком, где воздух оставался сравнительно чистым. Лапы цеплялись за торчавшие из пола сталагмиты, стук капель отражался эхом от стен. Из коридора доносился гомон толпившихся у пожарища учеников.
Вихрь, Кинкажу и Карапакс ворвались в пещерку следом, ощетинившись гневными мыслями. Песчаный дракончик воткнул в расщелину горящий факел, сорванный со стены в коридоре.
– Разве можно так обращаться с друзьями? – зашипела радужная, возмущённо вздыбив воротник и протискиваясь ближе. – Особенно когда они ранены!.. Луна, у тебя что-то в плече! – показала она. В самом деле, из раны торчали какие-то острые тонкие щепки.
Вихрь грозно надвинулся на Холода, подняв над головой хвост с отравленным шипом. Но прежде чем песчаный успел заговорить, ледяной шагнул к Луне и уставил на неё обвиняющий серебристый коготь.
– Ты заранее всё знала! – прорычал он. – Потому и не пускала нас туда. Знала, что будет взрыв и пожар! – Свет факела отражался в его свирепых тёмных глазах двумя оранжевыми огоньками, в оскаленной пасти слышалось зловещее шипение. – Откуда ты знала? Говори!
Глава 15
Слова Холода подействовали на троих драконят, как ушат ледяной воды.
«Он прав! – поняла Кинкажу. – Но как…»
Разум Карапакса был столь же непроницаем, как и прежде, но дракончик неловко переступил с лапы на лапу и с любопытством прищурился.
Неприятнее всего оказались мысли песчаного: «Да, как она могла знать? Конечно, она совсем не проста, и вообще Тёрн учила не доверять ночным… но откуда – не сама же устроила? Не вижу я в ней зла, хоть и мутная какая-то. Если устроила пожар, то почему не пускала нас в зал? Да нет – ну как бы она сумела… что за глупости… трудно поверить…»
– А это не ты… прости, но… Ты, случайно, не имеешь отношения к…
– Нет! – выкрикнула Луна. – Только не я! – Она смахнула слёзы, стараясь подавить дрожь в голосе, но мешали мысли о Сердолике… И о том, что теперь всё пропало. – Я ни за что не стану убивать драконов!
– Я знаю, – кивнул Вихрь, хотя и не очень твёрдо. – «Она на удивление ловко охотится, – думал он, – силы ей не занимать… А убить может любой, если припечёт. Даже она? Но зачем бы ей это понадобилось?»
– Если не ты, то кто? – вкрадчиво спросил Карапакс. – Не знаешь?
После взрыва морской дракончик не произнёс ни слова и словно окаменел, прижавшись к стене, но сейчас, когда догнал остальных, не выглядел слишком убитым, хоть и был явно потрясён случившимся. Неужели тоже её подозревает? Заглянуть бы как-нибудь в его мысли…
– Может, ты что-нибудь видела необычное? – задумчиво предположила Кинкажу. – Ну… предостерегающее?
«А что, это может сработать! – оживился Мракокрад. – По крайней мере, двое из четверых готовы поверить. Давай, сочиняй скорее!»