— Как правило, дружище, именно так оно и бывает, — шаман продолжал вскрывать витрину за витриной. Ключом отца Малькольма. — Стоит добиться успеха, и бывшие почему-то всегда о тебе вспоминают. Будто бы чуют, что шансов всё меньше.
Я промолчал, параллельно отметив, что он прав. Действительно до боли знакомая ситуация.
— Ладно, черт с ней, — я продолжил перемещать слитки в «Хранилище». — Что у тебя?
— Мифический адамантиевый меч Фаэрвис, шкура Алого Барса, череп Навигатора и глаз Одиссея. А еще шахматы моего коллеги и это, — Эстир указал на поблескивающую хромом броню с элегантными, но при этом чертовски устрашающими металлическими крыльями. — Вингер «Ала Ангелус». Модифицированный бионический доспех класса «Икар». Сломанный. Восстановлению не подлежит.
—
— И давно это было?
—
— Ясно. Возьмем?
—
— Жаль. Лично я бы не отказался на таком полетать.
Бум!
Адамантиевый монолит вновь задрожал под натиском «Буров».
— Так. Мне это надоело.
Развернувшись на каблуках, шаман резко сорвался с места и побежал в сторону двери.
— Глас, ты что удумал?! — испуганно проорал я.
— А вы разве не слышите, что кто-то стучит?! Я уже раз десять сказал, что надо открыть! Вдруг это важно?
— О, это важно! Еще как важно, психопат ты несчастный!
Увидев, как Эстир остановился и начал вращать поворотный механизм, я врубил «Ветряной порыв» и бросился вслед за ним.
Дверь уже открывалась, когда я материализовал бомбарду и выстрелил картечью в проём. Затем ударил по монолиту «Телекинезом», закрутил штурвал до упора и, поднатужившись, оторвал его к чертовой матери. Благо тот был сделан из стали, а не из адамантии.
— Пипец… просто пипец… — выдохнул я.