— Что там, кстати, с квестами? Ты говорила, что от вдохновения нам опыт будет капать? — припомнил я.
— Коплю, чтоб сдать разом и получить круглые цифры. В принципе 10 ХР, недостающих до второго уровня — уже есть.
— Ты говорила, что квесты брала в поселениях, прежде чем их вырезать? А если квесты в этом городе у горожан брать? Пойдет опыт? — уточнил я.
— Если город «системный», поддерживается и просчитывается ею, то — да, пойдет, если нет, то просто потратим время.
— А мы ведь можем покинуть не только этот город, но и этот мир? Перейти в какой-нибудь системный план? — встрепенулся я.
— Можем, — усмехнулась Сири. — На четверном круге у чернокнижников есть заклинание «Призыв высшего демона [Summon greater demon]», большинство демонов обладают врожденной способностью открывать порталы, и если договориться, то можно перенестись в другой мир. Но скорее всего это будут адские миры, что, полагаю, тебе явно не понравится. На седьмом круге есть «Уход в иной мир [Plane shift]», а на девятом — «Врата [Gate]», оба позволяют путешествовать между мирами и планами. Но до них тебе ещё качаться и качаться.
— Да я бы и рад подкачаться. Но, по сути, сейчас единственным сдерживающим фактором является главный квест Зариэль, — вставил я свои пять копеек. — Это вообще законно? Она так каждый раз может ставить подобное условие, не успел прокачаться — становись лемуром. Мне кажется основной квест должен быть оглашен сразу целиком, иначе я имею законные права его не выполнять…
— Не факт, его стадии могут корректироваться в зависимости от того, как ты выполнишь предыдущие, поэтому будут открываться последовательно, по мере выполнения. Но, в принципе, да, незаконно. Вернее, не совсем справедливо, законно и справедливо — разные понятия. Можешь попробовать связаться с куратором или бенефактором и покачать права…
Внезапно зазвонил телефон.
— Алло, — слово прозвучало дико, так непривычно, что мне звонят…
— Иван… Ваня, здравствуй, это Света, — представилась трубка. — Нам надо поговорить. Не мог бы ты сейчас подъехать ко мне? Это важно.
— Конечно, — согласился я. — Что-то случилось?
— Н-нет, — слегка замялась Светлана. — Мне просто нужно кое-что тебе рассказать. И показать.
— Ну ладно, сейчас подъеду, — на том конце раздался какой-то шелест и связь оборвалась.
Пока я умывался, завтракал и одевался Сири с недовольным видом крутилась вокруг меня.
Вот, кстати, и проявилось то, чего я так опасался — в этот раз связующий символ перекочевал на мое лицо, с правым глазом аккурат посередине. Символ не был рисунком или татуировкой, скорее выжженым клеймом, с вдавленной фактурой поврежденной кожи, какая остается после глубоких ожогов. Цвет знака был темно-бардовым. На теле он ощущался лишь при контакте с одеждой или мебелью, но ощущения были терпимые, не вызывали ни болезненных ощущений, ни особого раздражения. Ну а на лице просто придется потерпеть денек, игнорируя косые взгляды и отшучиваясь от глупых вопросов.
Я попросил ассистентку вывести в расширенной реальности небольшой монитор и смотрел на нём местные новости. Оказывается, неразрушимая часовня набрала вирусную популярность по всей стране. РПЦ под шумок подняли целую волну на благо себе, выступая с громкими заявлениями что, дескать, Бог с нами, с верой в сердце мы одолеем терроризм и всё такое. На следующей неделе даже митрополит всея Руси собирался приехать на место теракта и не то освятить его, не то вобрать святости. Надо будет сходить, посмотреть.
— Это ловушка, — наконец выдала Сири, устав ждать, когда я сам с ней заговорю. — Не стоит туда ехать.
— Почему — ловушка? — не понял я. — Думаешь маска-осквернитель спрятался в часовне и ждет там митрополита?
— Я про Светлану, — уточнила Сири.